На пакетботе «Святой Павел» — было 75 человек, из них один профессор астрономии. На обратном пути, после полосы жесточайших штормов пакетбот выбросило на каменистый, безлесый остров.

Чириков Алексей Ильич
(1703-1748)





Маршрут Первой Камчатской экспедиции
Великий русский мореплаватель и талантливый ученый-исследователь, первооткрыватель Северо-Западной Америки капитан-командор Алексей Ильич Чириков родился 13 (24) декабря 1703 года в мелкопоместной семье тульского дворянина. Род Чириковых известен в Тульском крае, их родовое имение находилось в селе Аверкиевское-Лужное Тульского уезда (ныне село Лужное Дубенского района Тульской области). Отец его одно время служил комендантом в Киевской губернии. Тульский период биографии Алексея Чирикова не исследован. Известно, что он жил и воспитывался в Москве у своего дяди И.Р.Чирикова.

Учеба и служба 
Морозным январским днем 1715 г. приехали в Москву двоюродные братья Алексей и Иван Чириковы. Вскоре принесли в Московскую адмиралтейскую канцелярию челобитную, в которой пожелали зачислить их в "школу математико и навигацких наук". Челобитную подали без всякой надежды, уж очень бедны и худородны были. Но после проверки знаний они были зачислены, и началась учеба, а всего через год их как самых способных учеников перевели в Морскую академию, что была открыта в городе на Неве. 
Алексей Чириков с головой окунулся в изучение астрономии и навигации, сферической тригонометрии и геодезии, "кораблеведения" и картографии. Весной 1721 г. состоялся первый выпуск учащихся Морской академии. На "досмотрении приращенных знаний" присутствовал сам Петр I. Алексей Чириков обнаружил столь блестящие знания, что его пожаловали сразу же в унтер-лейтенанты. С тех пор в адмиралтейских кругах Чирикова стали называть "ученым моряком". 
После недолгой службы на корабле Балтийского флота он был назначен преподавателем в ту же Морскую академию, где обучал "разным наукам" гардемаринов. 

Экспедиция в места незнаемые 
23 декабря 1724года Петр I подписал указ об организации морской экспедиции на Камчатку (Первая Камчатская экспедиция). 
«Еще осенью, спасая в ледяной воде матросов тонущего корабля, царь простудился и захворал. Ждали смерти Петра. А он, перебирая в уме дела, которые замыслил, но не совершил, вспомнил и о том, что собирался послать экспедицию на Камчатку, дабы выяснить, существует ли пролив между Азией и Америкой. И Петр собственноручно пишет наказ: «1) Надлежит на Камчатке или в другом тамож месте сделать один или два бота с палубами. 2) На оных ботах плыть возле земли, которая идет на норд и по чаянью (понеже оной конца не знают) кажется, что та земля часть Америки. 3) И для того искать, где она сошлась с Америкой». Командовать экспедицией Петр повелел капитану флота Витусу Берингу, помощниками ему назначались Алексей Чириков и Мартын Шпанберг. В конце января царь Петр умер...». 
В Адмиралтействе при утверждении кандидатуры Чирикова, записали: "По обучению гардемарин и морских офицеров искуснее всех явился". Покидая Петербург в январе 1725 г., вряд ли думал Чириков, что с этого момента определится вся его дальнейшая судьба... Беринг поручил ему не только снарядить экспедицию, но и переправить обоз к восточным окраинам страны. Три года и полтора месяца затратила экспедиция на переезд из Петербурга в Нижнекамчатск. Люди, входившие в состав экспедиции, покидали Петербург отдельными группами между 24 января и 5 февраля 1725 года. Всего отправились свыше 60 человек - матросы, солдаты, штурманы, гардемарины. Их сопровождал огромный обоз – паруса, снасти, якоря, цепи, гвозди для постройки судов, продовольствие. Тракт, по которому можно было ехать на лошадях, доходил только до Тобольска. Дальше до самого Охотского моря не существовало ни троп, ни дорог. 
6 марта 1725 года экспедиция прибыла в Тобольск и только 3 июля 1727года в Охотск. Сюда экспедиция добиралась, разделившись на три отряда. Тяжелее всего пришлось отряду, который, захватив самые тяжелые и громоздкие грузы, должен был на лодках попытаться пройти по рекам как можно ближе к Охотскому морю. На лодках переход не удался, и груз был перегружен на нарты с собачьими упряжками. Был труднейший зимний переход, в самые морозы, через горы, леса и снежные пустыни. Продовольствия не хватало. Начался голод. Впоследствии Беринг в своем донесении писал: «идучи путем –оголодала вся команда, и от такого голоду ели лошадиное мертвое мясо, сумы сыромятные и всякие сырые кожи, платье и обувь кожаные ». 
В Охотске, запасшись провиантом и судами, экспедиция 22 августа вышла в путь и через 2 недели прибыла в Большерецк (на Камчатке). Отсюда отправилась в Нижнекамчатск, куда прибыла 11 марта 1728 года. Алексей Чириков в пути провел кропотливую научную работу: описал реки и условия судоходства, собрал сведения о городах Сибири, определил их географическое положение, наблюдал затмение луны в Илимске и другие природные явления. Во время многотысячеверстного пути через пространства России лейтенант А.И. Чириков определил 28 астрономических пунктов, что позволило впервые выяснить истинную широтную протяженность Сибири и, следовательно, и северной части Евразии. 
Участники экспедиции, построив судно "Св. Гавриил", в июле 1728 г. вышли с Камчатки в море и взяли курс на северо-восток. Поначалу все шло хорошо. Но чем дальше на север, тем хуже становились условия плавания. Беринг собрал консилиум. Ссылаясь на инструкцию государя и устные свидетельства местных жителей, он заявил, что "Чукотский Нос" отделяется от Америки морем и, следовательно, надо возвращаться назад. Капитана поддержал офицер флота М. Шпанберг. Чириков не согласился с ними, считая, что плавание необходимо продолжить вдоль берега до устья р. Колымы или хотя бы до появления первых льдов. Через два дня Беринг отдал приказ повернуть на Камчатку. И вновь, проплывая узким проливом, они не увидели материк - Америку...  
Впервые были определены условия судоходства от камчатского мыса Лопатка до мыса Кекурный в Беринговом проливе. Описаны 66 географических объектов, на карту нанесли все северо-восточное побережье Азии. В 1730 г. Адмиралтейство, изучив полученные материалы - отчеты Беринга и дневники офицеров, - особое внимание обратило на путевые записи Алексея Чирикова.
В июне 1731 г. И.Шумахер писал своему переводчику: "Посланный при сем письме журнал морского флота лейтенанта Алексея Чирикова, имеющегося пути от Санкт-Петербурга до Камчатки, извольте перевесть на французский язык немедля, понеже в том немалая нужда". Копия этого журнала хранится в Архиве Военно-морского флота в Петербурге. А вот подлинник документа, к сожалению, утерян. Есть предположение, что он находится в одном из западноевропейских архивов. 
Чириков в отличие от Беринга "проявил в вояже благоразумную твердость", и был произведен в капитан-лейтенанты. 20 декабря 1731 г. "флота капитан-поручик Алексей Ильин сын Чириков" подал в Поместный приказ челобитную, в которой, в частности, писал: "В нынешнем 1731 г. женился он у прапорщика у Якова Семенова сына Шишкова на дочери его девице Прасковье" . Забегая вперед, необходимо сказать, что Прасковья Яковлевна отправилась вскоре во Вторую Камчатскую экспедицию и самоотверженно разделила с мужем и детьми выпавшие на их долю испытания. 

"Предприятие, никогда прежде небывалое" 
В 1732 г. Чирикова срочно вызвали в столицу. Беринг, подводя итоги плавания, составил записку о хозяйственном развитии Камчатки и предложил снарядить новую экспедицию. Его предложением заинтересовались. В частности, идею снаряжения новой экспедиции поддержал обер-секретарь Сената И.К.Кирилов. При его активном участии план Беринга был существенно расширен. В апреле 1732 г. вышел указ о снаряжении Второй Камчатской экспедиции под начальством Беринга. Цель - поиск северо-западных берегов Америки, открытие морского пути в Японию, а также развитие промышленности, ремесел, землепашества в Сибири и на Дальнем Востоке. 
Алексей Ильич Чириков без колебаний выразил готовность отправиться во второе путешествие. На полях специальной адмиралтейской инструкции о целях и задачах предстоящей экспедиции ее основные участники сделали свои пометы. Беринг сосредоточил внимание на административно-хозяйственных вопросах. Чириков - на наиболее удобных способах переправки снаряжения, организации исследований побережий Ледовитого океана. Что касается "неведомых земель", то он считал, что Америка "лежит не весьма далече от Чукоцкого восточного угла", между 50° и 65°с.ш. должны быть населенные и богатые естественными ресурсами острова. Впоследствии данные предположения оправдались. Таким образом, Чириков опередил иностранных географов. 
Более семи с половиной лет, с февраля 1733 по октябрь 1740 г., обозы экспедиции добирались до места, где позже был заложен г. Петропавловск-Камчатский. Для Алексея Ильича это были годы тяжких трудов по сбору и перевозке по сибирскому бездорожью десятков тысяч пудов провианта и корабельного снаряжения. Он лично руководил расчисткой дорог, устройством пристаней, строительством магазинов. Падали лошади, от неимоверных трудов и болезней умирали люди. И здесь он проявил прекрасные организаторские способности. Его умению находить общий язык с крестьянами и приказчиками, матросами и солдатами завидовали, пожалуй, многие офицеры. Но с Витусом Берингом у Алексея Чирикова установились отношения острого соперничества и даже вражды. Однако капитан Чириков настойчиво продолжал выполнять свои обязанности. 

Звездный час
Летом 1740 г. в Охотске были построены и спущены на воду пакетботы "Св. Петр" под командованием Беринга и "Св. Павел" - Чирикова. На «Святом Петре» было 77 человек. Командовал кораблем Беринг, помощником у него был лейтенант Свен Вексель. На «Петре» плыл Георг Стеллер, известный в будущем натуралист. На пакетботе «Святой Павел» - было 75 человек, из них один профессор астрономии. Командовал «Святым Павлом» капитан Чириков, при котором состояли штурман-мастер Дементьев и штурман Елагин, лейтенанты Чихачев и Плаутин. 
4 июня 1741 г., корабли вышли в море "для искания американских берегов и островов". Для капитана Алексея Ильича Чирикова наступил звездный час, обессмертивший его имя. Известно частное письмо Чирикова, отправленное к Д.Лаптеву. "Милостивый государь мой и друг Дмитрий Яковлевич! О несчастливом нашем мореплавании доношу. Отправились мы из здешней гавани (Авачинской бухты) вместе с г-ном капитаном командором (В.Берингом) мая 29 числа (1741 г), а 20 июня при обычных на здешнем море туманах стал великий ветер, которым нас разлучило (так навсегда разошлись корабли Беринга и Чирикова). И принужден был следовать в надлежащий нам путь один. И переплыв отсюда близ полтрети тысячи (2.5 тыс.) верст, получили землю, которая у себя берега имеет неприступные". 
Макет пакетбота «Святой Павел» Судя по записям в вахтенном журнале, новая земля была обнаружена в районе мыса Бартоломе на юге о.Бейкер и мыса Аддингтон, что на о.Нойес. Эти небольшие острова находятся недалеко от крупного о. Принца Уэльсского. Эту "часть Америки" Чириков открыл полутора сутками ранее Беринга. Участь, выпавшая на долю команды «Святого Петра», оказалась нелегкой. На обратном пути, после полосы жесточайших штормов пакетбот выбросило на каменистый, безлесый остров. Во время девятимесячной зимовки погибло половина команды и сам Витус Беринг. Только год спустя остаткам экипажа удалось вернуться на Камчатку. 

Без вести пропавшие 
В плавании Алексея Чирикова есть тайна, которую до сих пор никто не может разгадать - исчезновение на американской земле части экипажа "Св.Павла". Вот как описывает случившееся сам капитан в письме Лаптеву. "И надлежало мне об обстоятельствах оной земли проведать, чего ради послан с десятью человеками Аврам Михайлович Дементьев на лангботе. Точию общим моим и его несчастием он к нам со всеми людьми не возвратился... И мы немало об нем (Дементьеве) плакали, потому что он был человек молодой, хорош собою, а притом в своей науке морской весьма искусен. И ожидая его к себе шестеро сутки, по присутствию всех офицеров, рассуждая, что не возвращается к нам за повреждением лангбота, послал на имеющейся при судне последней малой лодке мастеровых людей для починки. А для свозу их вызвался боцман Сидор Савельев. Но по несчастью и он к нам не возвратился. А на другой день из того места, куда посланы наши суда, и где раскладыван был почти беспрестанно огонь, вышли две лодки и гребли к нашему судну. Токмо к нам не приближались, но издали на судно наше посмотрели, встав на ноги, прокричали: "Агай! Агай!" и с великим поспешанием возвратились. Тогда мы рассудили, что посланные от нас, конечно, в несчастьи: побиты или задержаны. Уже настали осьмыя сутки, как послан был от меня Аврам Михайлович. Однако мы еще ожидали после выезду тамошних жителей часов 18. И не дождавши, пошли в путь свой...". 
О судьбе чириковцев высказывались различные предположения. Их пытались разыскать отечественные и зарубежные следопыты. 28 февраля 1789 г. русский посланник в Мадриде сообщал, в частности, следующее: "Судно "Сент-Шарль" под командою капитана Горо нашло около Сент-Блаза под 48-49°с.ш. до 8 селений, в которых находилось от 16 до 20 семей, т.е. до 462 человек русских". Думается, на основании этого и других сообщений можно предполагать, что часть команды Чирикова осталась обживать американские берега. 

Возвращение
Судно Алексея Чирикова шло вдоль неведомой земли еще около 400 верст. Были открыты и нанесены на карту обширные пространства вдоль побережий Северо-Западной Америки от мыса Спенсера до бухты Литуя и далее. К сожалению, Чириков не называл открытые им земли. Позднее эти места посетили иностранцы, дали им наименования и присвоили открытия. Сыграло роль и то, что "Св.Павел" лишился почти четверти экипажа и обеих шлюпок, без которых нельзя было сойти на открытую землю. 
Но и далее их бедствия не закончились. "От оскудения пищи и питья, - продолжает повествование Чириков, - и от всегдашнего сырого воздуха постигла всех нас жестокая цинготная болезнь, от которой многие слегли, а остальные и насилу судном управляли. И я с 20 числа сентября и по возврат в гавань за тяжкою болезнью уже не мог выходить и наверх. И был при самой смерти не токмо на море, но уже и на берегу". Уходили из жизни товарищи по плаванию - матросы и офицеры, но Алексей Ильич переборол смерть. 

Завещание
Лишь в марте 1746 г. Чириков вернулся в столицу. В мае под его руководством была составлена "Карта генеральная Российской империи, северных и восточных берегов, прилежащих к Северному Ледовитому и Восточному океанам с частью вновь найденных через морское плавание западных американских берегов и острова Япона". К ней он приложил записку, в которой с гордостью утверждал, что в результате работ Первой и Второй Камчатских экспедиций была исследована "немалая часть земноводного глобуса", открыты земли и острова, "о которых до упомянутого времени было ничего не известно".
После морских походов Чирикова и Беринга русские промышленники заселили открытые ими земли. Темпы освоения Алеутских островов и побережья Аляски были ошеломляющими. Русские мореплаватели совместно с купцами продолжали осваивать новые территории: на карту были нанесены вся северная часть Тихого океана, Аляска, Алеутские и Курильские острова. Таким образом, главные задачи, положенные в основу двух Камчатских экспедиций, - укрепление границ России на Севере и Дальнем Востоке, изучение и хозяйственное освоение Тихоокеанского побережья, нахождение неведомой для русских Америки и установление с другими странами и народами взаимовыгодных торговых отношений - с честью были выполнены русскими моряками и первопроходцами. 
В июле 1746 г. Алексей Чириков написал последний труд - "Предложения", где подвел итоги научных исследований в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Этот документ - своеобразный наказ потомкам о путях социально-экономического и культурного развития обширнейших районов Сибири, Крайнего Севера, Дальнего Востока, а также открытых побережий Северо-Западной Америки и островов Тихого океана. Алексей Чириков предвидел возможность посягательств иностранных государств на русские земли. Поэтому он говорит о необходимости иметь на Дальнем Востоке свои военно-морские силы. Он считал, что следует продолжать изучение восточного побережья Камчатки, "искать натуральные гавани и рейды близ берегов", строить новые корабли, сооружать крепости. Большое стратегическое и экономическое значение Алексей Ильич придавал Курильским островам, открытым русскими мореходами еще в начале ХVIII в. Это обеспечивало России выход в Тихий океан, способствовало установлению торговых отношений с Японией, Китаем, Индией. Чириков предлагал более интенсивно осваивать и заселять эти острова, а также организовать на Тихоокеанском побережье систему портов. Автор "Предложений" надеялся на инициативу и предприимчивость местных жителей. Он даже предлагал правительству придать определенный статус "русским служилым людям и тамошним народам", а местным властям активнее привлекать охотников, служилых людей и камчадалов, кои промышлять бобров, морских котов, тюленей и китов обыкновенны". 
Чириков советовал выдвигать на руководящие посты людей деловых, радеющих за интересы Российского государства. "...Чтоб в Охотске и на Камчатке командир или воевода был добросовестный, к прибыткам не лакомый и не лихоимственный человек, и радетельный к исканию интереса и общей пользе подчиненных ему природных жителей и русских людей". Интересны пункты "Предложений", касающиеся "Новой России" - так автор мечтал назвать открытые ими земли в северной части Тихого океана. Для дальнейшего исследования американских берегов и островов необходимо снаряжать новые экспедиции. Чириков подчеркивал: "Обыскав удобное место, построить там крепость и приводить тамошних народов ласкою в подданство державе Российской". 
В проекте Чириков затронул проблему сохранения природной среды. Наблюдая на просторах Сибири частые пожары, приносящие огромный ущерб лесному и пушному хозяйству, он предлагал конкретные меры по их охране. Чириков выдвинул довольно неординарное предложение об изучении естественных ресурсов Сибири с помощью местных жителей. Он подчеркивает: "Понеже Сибирь так пространством велика, что одна всей Европе равняется, то не дивно быть в ней богатым рудам". Поэтому нужно привлекать к разведке имеющихся богатств "кочующие народы", чтобы они "замечали свойства земли и привозили ея образчики". "А ежели что откроется таким образом годное, то открывателей награждать", - заключал Алексей Ильич. 

Не ради славы 
А.И. Чириков пережил Беринга на 8 лет. Цинга, которой заболел он, пагубно отразилась на его здоровье. Петербургский климат не был для него годен. Адмиралтейств-коллегия, пытаясь спасти измученного многолетними лишениями Алексея Чирикова, назначила его начальником Московской адмиралтейской конторы. Летом 1747 г. его приняла находившаяся в Москве императрица Елизавета. Во время встречи он преподнес ей карту своего плавания к берегам Америки. 
7 сентября 1747 г. вышел именной указ о пожаловании Чирикова в капитан-командоры. Увы, слава и почести так и не дошли до одного из самых выдающихся людей России первой половины ХVIII в. Чирикова одолели чахотка и другие болезни, приобретенные в дальних экспедициях. 
Алексей Ильич умирал в расцвете творческих сил, в нищете и безвестности. Мы даже не знаем точной даты его смерти. Лишь 7 декабря 1748 г. кто-то из чиновников Адмиралтейства записал: "А понеже бывший у отправления адмиралтейских дел в Москве капитан-командор Чириков умер, приказали к управлению послать князя Волконского". 
После смерти первопроходца вдова Прасковья Яковлевна и пятеро детей влачили жалкое существование. "В то время, как Беринг пользуется всеобщей известностью, капитан Чириков почти забыт, и его имя мало кому известно". Правдивость этих слов Жюля Верна несомненна. К сожалению, жизненный подвиг Чирикова ради отечества не оценили по достоинству его современники. Лишь позднее, в 1760 г., русский гений М.В.Ломоносов, откликаясь на "Историю российской империи при Петре Великом" напишет: "В американской экспедиции через Камчатку не упоминается Чириков, который был главным и прошел дальше, что надобно для чести нашей. И для того послать к сочинителю карту оных мореплаваний".

Сегодня на карте мира можно найти несколько географических названий, носящих имя великого русского первопроходца: о. Чирикова в Аляскинском заливе (США), четыре мыса Чирикова, два из которых находятся на территории России (побережье Анадырского залива и Охотского моря), а два - в США (архипелаг Александра в Тихом океане и о. Атту), подводная гора в Тихом океане.

Мыс Чирикова

















Скуратов Алексей Иванович
(1709 – не известно)
В нескольких километрах от Черни, близ симферопольской автомагистрали, лежит село Большое Скуратово. Здесь провел детство и последние годы жизни известный русский мореплаватель XVIII века, исследователь Арктики Алексей Иванович Скуратов. Тульские Скуратовы вели свою родословную от Ивана Скуратова-Бельского, родного брата Малюты Скуратова, правой руки Ивана Грозного. Во второй половине XVI века Иван Скуратов-Бельский руководил работами по укреплению Тульской засечной черты, за что пожалован был вотчиной в Чернском уезде. В селе Журавино (ныне Б. Скуратово) жили его потомки. Отцу мореплавателя, Ивану Ивановичу, принадлежало более тысячи крестьян, родовая усадьба находилась в Журавине. Здесь родился в 1709 г. и провел детство его сын Алексей, включенный в родословную под № 18. Выйдя в отставку капитаном 2 ранга, он вернулся на родину и остался памятен в селе Журавино тем, что построил на свои средства Рождественскую церковь, сохранившуюся до наших дней. После его смерти за селом закрепилось название Большое Скуратово (в отличии от другого селения того же помещика Малого Скуратова).
Алексей Иванович Скуратов унаследовал от предков ум и энергию. В 1721 г. он поступил в Морскую академию, через пять лет окончил ее с отличием и был оставлен при ней для обучения гардемаринов. В том же 1726 г., уже мичманом, послан во Францию для совершенствования в науках. Вернувшись, продолжал преподавать в академии. В 1735 г. Скуратов был направлен в Северную экспедицию «для подыскания известия... имеется ли проход Северным морем в Китай и Индию».
В те годы о Северном Ледовитом океане были самые смутные представления, карт северных берегов России еще не имелось. Мысль об организации экспедиции для обследования Северного морского пути принадлежала Петру I, замысел которого состоял в том, чтобы в устьях больших рек, впадающих в Ледовитый океан, построить корабли и поручить им картографическую съемку берегов и изучение возможности мореплавания на своем участке. Мысль Петра I получила осуществление лишь после его смерти. В 1732 г. сенат утвердил проект Большой Северной экспедиции. Экспедицию возглавил В. Беринг, в ее состав вошли шесть морских отрядов для исследования условий плавания в русских владениях от Архангельска до Японских островов. Первому отряду, куда был назначен Скуратов, поручалось пройти на судах из Архангельска в устье Оби, обогнув неведомый тогда Ямал. Район предстоящего плавания не являлся совершенно «белым пятном». Берега Поморья русские начали заселять еще в древности, на своих лодьях и кочах они плавали на Новую Землю и Шпицберген, где вели промысел морского зверя. Знали они и путь к устью Оби, но достигали его по сухопутью пересекали южную часть Ямала по рекам и волокам. Многие считали, что Ямал тянется далеко на север и что Новая Земля его часть, и обогнуть полуостров невозможно. В 1733-1734 гг. первый отряд уже предпринимал попытки разгадать эту загадку, но путь корабля преграждали непроходимые льды. Адмиралтейств-коллегия сочла, что причины неудачи кроются в нерешительности офицеров отряда и изношенности судов. Поскольку вопрос о действительных размерах Ямала ставил под сомнение возможность освоения Северного морского пути, адмиралтейств-коллегия решила предпринять новую попытку. Командование первого отряда было заменено, в Архангельске построены два новых судна более прочной конструкции боты «Первый» и «Второй». Их командирами назначили лейтенантов Скуратова и Сухотина, а начальником отряда лейтенанта Малыгина. В 1735 г. Малыгин отправился в Пустозерск, где зимовали старые суда, а Скуратов и Сухотин в Архангельск, чтобы принять новые боты. По инструкции, им надлежало летом 1736 г. следовать в Печорскую губу в распоряжение Малыгина. 22 июня 1736 г. боты «Первый» (командир А. Скуратов) и «Второй» (командир И. Сухотин) оставили Архангельск. Выйдя из Двинского устья, моряки сразу приступили к гидрографическим работам съемкам береговой линии, промерам глубин, наблюдениями за ветрами и течениями, взятию проб донного грунта. Так как до условленной встречи с Малыгиным оставалось еще более месяца, Скуратов и Сухотин успели за это время произвести картографические съемки Горла Белого моря, острова Моржовец, полуострова Канин, острова Колгуев. 8 августа увидели на горизонте «Обь» Малыгина и в тот же день встретились с нею.
Вести, сообщенные Малыгиным, были неблагоприятны: его судно «Экспедицион» раздавлено льдами и оставлено командой, «Обь» повреждена льдами и находится в аварийном состоянии, идти на нем к Ямалу нельзя. Малыгин решил отправить «Обь» в Архангельск и поручил это Сухотину. Новые суда взяли курс на восток. Командиры решили выяснить размеры Ямала как морским путем, так и сухопутным: боты пойдут вдоль берега полуострова, а по берегу партия геодезиста Селифонтова, которая будет ставить приметные знаки-гурии для точности съемки. Но, войдя в пролив Югорский Шар, увидели, что Карское море, насколько хватает глаз, плотно забито льдом. Стояли две недели, надеясь на улучшение ледовой обстановки. Когда появились разводья, рискнули идти вперед. Разведочная группа шла впереди по льдам, выбирая путь. В первых числах сентября достигли южной части Ямала, и боты повернули на север. Несколько дней шли в тумане на веслах, но 9 сентября были вновь остановлены непроходимыми льдами. Больше надеяться было не на что ударили морозы, начиналась зима. Малыгин отдал приказ повернуть назад. Дойдя до устья реки Кары, остановились на зимовку. Конец сентября и октябрь ушли на строительство зимовья. В ноябре в отряд вернулся геодезист Василий Селифонтов и сообщил радостную весть: Ямал не соединяется с Новой Землей, геодезист прошел до северной оконечности полуострова, а дальше море! На берегу им установлены 18 каменных гуриев, для каждого из них определены координаты. Цепь опорных точек для съемки есть!
Зимовка прошла благополучно. 6 июля 1737 г. боты взяли курс на север. Море к тому времени почти очистилось ото льда под напором южного ветра. Плавание шло успешно. 23 июля вошли в пролив между северным берегом Ямала и островом Белый. Этот пролив имеет в длину всего около 50 километров (ныне носит имя Малыгина), но плавание по нему заняло 19 суток: путь судам преграждали бесчисленные мели, сильные встречные ветры и течения. Лишь 12 августа удалось найти выход из пролива. Вскоре подул свежий северный ветер, и боты, обогнув Ямал, на всех парусах вошли в Обскую губу. Задача, поставленная перед отрядом, была успешно выполнена. Разместив команды судов на зимовку в Березове, Малыгин передал командование отрядом Скуратову и выехал с отчетом в Петербург. Скуратову предстояло провести суда в обратный путь до Архангельска. В конце июня 1738 г. боты покинули Березов. Обратный путь занял два года, морякам пришлось пережить много тяжелых и опасных дней. По выходе в Карское море боты попали в сложную ледовую обстановку. Лишь к началу сентября обогнули Ямал и приблизились к Карской губе. 5 сентября поднявшийся северный ветер привел в движение ледяные поля, которые прижали корабли к берегу и выдавили на мель. Понимая, что обстановка грозит гибелью судов и выгрузкой на берег, Скуратов послал людей на поиски ненцев, без помощи которых было не обойтись. В отчаянной борьбе за спасение судов прошло несколько дней. 12 сентября ветер сменился на южный, льды отступили от берега, открыв пространство чистой воды. С огромным трудом моряки сняли боты с мели, отвели на более глубокое место и поставили на якоря. Однако ночью ветер вновь изменил направление, льдина срезала якорный канат на боте «Первом», корабль понесло ветром и стало бить об лед. Когда стало светать, увидели, что все кругом забито льдом. «Первый» находился в катастрофическом состоянии: льды разбили форштевень, руль, наружную бортовую обшивку. Весь день прошел в безуспешной борьбе со льдами. На следующее утро Скуратов приказал покинуть полузатонувший корабль и выгружаться на лед. К счастью, берег находился недалеко, и с помощью ненцев удалось быстро перенести грузы на сушу. Бот «Второй» отделался небольшими повреждениями и благополучно подошел к месту разгрузки. Общими усилиями двух команд «Первый» был также подтянут к берегу и спасен от гибели.
Тем временем ненцы доставили чумы и дрова, аварийный лагерь приобретал обжитой вид. Вскоре построили избу. Скуратов оставил в ней пять человек, а с остальными людьми вышел на оленях в Обдорск, за 400 километров. В мае 1739 года они вернулись к кораблям. Почти два месяца занял ремонт судов, лишь в начале июля боты «Первый» и «Второй» взяли курс на пролив Югорский Шар.
Потребовалось 26 дней, чтобы пройти всего 200 километров от Карской губы до выхода из Югорского Шара. 2 августа боты потеряли друг друга в тумане и дальнейшее плавание совершали раздельно. 15 августа 1739 года бот «Первый» под командованием Скуратова прибыл в Архангельск и ошвартовался у Соломбальской верфи. Через десять дней туда же пришел бот «Второй». Ледовое плавание, продолжавшееся четыре навигации, завершилось. По окончании экспедиции Алексей Иванович Скуратов еще четверть века служил в Балтийском флоте на кораблях «Астрахань», «Азов», «Петр». 11 сентября 1762 года он был «за болезнею отпущен в дом до указа» (об отставке) с чином капитана второго ранга. Указ об отставке последовал лишь в 1765 году. Год его смерти не установлен, могила не сохранилась. Именем Алексея Ивановича Скуратова названы мыс на северном берегу Ямала, полуостров, мыс и пролив около острова Диксон, железнодорожная станция около Черни. Его именем неоднократно назывались корабли в Арктике. На вокзале железнодорожной станции Скуратове установлен бюст мореплавателя.
Д.М. Романов


Прончищевы Василий Васильевич (1702-1736)
Татьяна Федоровна (1713-1736)


[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]

Скульптурная реконструкция [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]

Биографические сведения о Прончищевых выяснены лишь в 1970-1980-х гг.
Василий Васильевич родился в 1702 году в усадьбе Богимово [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] (в 12 километрах от города [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]) в дворянской семье [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]. Был пятым ребенком в семье. В апреле [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] поступил учеником в [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] в [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], располагавшуюся в [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ].
В [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] был переведен в [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] в [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] (учился с [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] и Лаптевыми) и стал [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]. С 1718 по 1724 год ходил штурманским учеником на [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] на [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] «Диана» и «Фалк»,[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] «Бернгардус», на кораблях «[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]», «[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]», «Принц Евгений», [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] «Кроншлот».
В [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] участвовал в [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ].
В [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] произведен в подштурманы. Вошел в комиссию по аттестации чинов флота.
В 1730 году его представляют к званию штурман 3 ранга. Василий Прончищев служит на [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] «Почтальон», в 1731 году на корабле «Фридрихштадт»,  [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] «Эсперанса».
Неожиданными оказались сведения о его жене: выяснилось, что ее звали не Марией, а Татьяной, что она родилась в 1713 г. и провела детство в с. Березово Алексинского уезда) ныне в Дубенском р-не), где ее отцу Федору Степановичу Кондыреву принадлежало небольшое имение. 
В 1721 г. семья переехала в Кронштадт, где служил отец. Там Татьяна Кондырева в дальнейшем познакомилась с Василием Прончищевым и незадолго до отъезда в Якутск вышла за него замуж. 
В.В. Прончищев возглавлял Ленско-Енисейский отряд, которому поручалось пройти морем из устья Лены в устье Енисея, т.е. обогнуть неведомый тогда Таймыр, произвести на этом участке картографические съемки, промерить глубины, изучить течения и ветры. 29 июня 1735 г. отряд Прончищева вышел из Якутска вниз по Лене на дубель-шлюпе "Якутск". Это было небольшое парусно-гребневое судно с командой более 40 человек, в том числе штурман [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] и геодезист [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]. Вместе с Прончищевым отправилась его молодая жена, ставшая первой в истории полярной путешественницей.  Плавание по Лене прошло благополучно и 2 августа 1735 года экспедиция достигла острова Столб, от которого начинается [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]. Первоначально Прончищев планировал пройти Крестяцкой протокой, которая вела на запад, но поиски [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] в ней из-за спада воды не увенчались успехом, поэтому он решил вести дубель-шлюпку Быковской протокой на юго-восток. 7 августа судно стало на якорь в устье этой протоки, ожидая благоприятного ветра.
[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] Прончищев повел судно в обход Ленской дельты. Через достаточно продолжительное время «Якутск» обогнул дельту Лены и направился вдоль побережья на [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]. Прончищев был первым, кто нанес на карту дельту Лены. Задержка в дельте Лены не позволила Прончищеву далеко продвинуться в первую навигацию. Короткое северное лето заканчивалось, на судне открылась довольно сильная течь и Прончищев принял решение устроить зимовку в местах, где ещё встречался плавник и можно починить судно. 25 августа отряд остановился на зимовку в устье реки [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] вблизи поселения зверопромышленников, выстроив из плавника две избы. Зима прошла благополучно, но в отряде началась [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ].
В течение первого лета отряд прошел с топографической съемкой 1800 км.
Летом 1736 г. "Якутск" продолжал плавание. Вскоре сделали первое открытие остов Преображения около устья р. Хатанги. Отсюда повернули на север и пошли вдоль безлюдных берегов Таймыра. Открытия следовали одно за другим: горы Бырранга, архипелаг Петра, залив Фаддея с многочисленными островами. С каждым днем пробиваться на север становилось все сложнее - скопления льдов, мели, встречные ветры и течения преодолевали с трудом. Утром 19 августа 1736 г., когда "Якутск" находился у входа в пролив Вилькицкого, путь преградили сплоченные льды. Ударил мороз, разводья стали покрываться молодым льдом. Нависла опасность ледового плена.
В эти дни [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] писал:
«В начале сего 9 часа штиль, небо облачно и мрачно, мороз великий и появилась шуга на море, от которой мы в великой опасности, что ежели постоит так тихо одне сутки, то боимся тут и замерзнуть. В глухие льды зашли, что по обе стороны, також и впереди нас великие стоячие гладкие льды. Шли на гребле весел. Однако Боже милостив дай Бог нам способного ветру, то оную шугу разнесло».
На корабельном совете было решено возвращаться назад, остановиться в устье Хатанги на зимовку и в будущем году повторить попытку пройти в Енисей. 
Однако в Хатангском заливе не нашли плавника - строить и отапливать жилье было нечем. Прончищев повел корабль к Оленекскому зимовью. К тому времени команду уже поразила цинга. Состояние командира корабля со дня на день ухудшалось. 28 августа "Якутск" вошел в Оленекский залив, но подойти к берегу не смог - от сгона воды обмелел фарватер. [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] Прончищев на шлюпке отправился на разведку и сломал ногу. Вернувшись на судно, он потерял сознание и вскоре умер. Дальнейший путь «[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]» проделал под командованием [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]. Через несколько дней ему удалось достичь Усть-Оленёкского зимовья, где Прончищева и предали земле. Истинная причина смерти  [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] вследствие перелома  стала известна совсем недавно, после того как в [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] вскрыли могилу путешественника. Ранее считалось, что Прончищев умер от [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]. Прочинщева похоронили около зимовья, на мысе Тумуль.
[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] «Якутск» вошёл в устье реки Оленёк и встал на зимовье, 4 сентября Татьяну свезли на берег. 12 сентября [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] по неизвестной причине Татьяна Прончищева скончалась. Запись в судовом журнале, сделанная рукой [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], гласит:

В начале сего 4 часа с полуночи бывшего командира дубель-шлюпки "Якуцка" Прончищева волею Божией жена его умре...


Татьяна Прончищева принимала участие в экспедиции скрытно. В рапортах своего мужа и штурмана [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], а также руководителей экспедиции [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] и [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] она не упоминается. Даже запись о её смерти в вахтенном журнале шлюпа «Якутск» не упоминает её [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]. Татьяну похоронили рядом с мужем.
На деревянном кресте вырезали славянской вязью их имена. Могила Прончищевых в устье р. Оленек сохранилось до наших дней. В 1999 г. экспедиция Д. Шпаро вскрыла захоронение. Хорошо сохранившиеся в вечной мерзлоте костные останки позволили произвести антропометрические измерения, сделать слепки черепов. На основе этих слепков проф. В. П. Звягин выполнил по методу Герасимова скульптурные бюсты Василия и Татьяны Прончищевых, а художница Е. Каллистова их графические портреты.  После изучения останков было произведено их торжественное захоронение по православному обряду. На могиле Прончищевых будет установлен надгробный памятник.  Экспедиция внесла большой вклад в исследование Арктики. Прончищев открыл ряд островов на северо-восточном побережье полуострова [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] ([ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]), северо-восточную часть гор [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]. Экспедиция Прончищева была первой, которая составила точную карту русла реки Лена от Якутска до устья, а также карту побережья [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] от дельты Лены до [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]. Общая длина описанной Прончищевым береговой линии составила около 500 [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ].
В последствии Челюскин отправился с докладом в [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] санным путём. Новым командиром дубель-шлюпки и начальником Ленско-Енисейского отряда был назначен [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ].
Работа Ленско-Енисейского отряда продолжалась еще шесть лет. "Якутск" был раздавлен льдами и пошел ко дну. Моряки продолжали съемки по суше. Лишь в 1742 г. лейтенант Харитон Лаптев и геодезист Никифор Чекин завершили съемку побережья и внутренних районов Таймыра, а штурман Семен Челюскин достиг на собаках мыса на северной оконечности Азии. 
Память о первопроходцах увековечена на географической карте. Именем Василия Прончищева названы восточный берег Таймыра, мыс, озеро, горный кряж, улица в г. Калуга, а именем его жены [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] в [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] (112 м) на п/о Таймыр,[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]. В Якутске установлен памятник супругам Прончищевым. 
Челюскин Семен Иванович (1904 или 07 – 1964)

В истории великих русских географических открытий первой половины XVIII в. Семен Иванович Челюскин занял весьма достойное место.   Не зря в последующие времена его именем был назван самый северный мыс Старого Света. О его самоотверженной, подвижнической деятельности по изучению и картографированию северных берегов России много писалось в историко-географической литературе.
Детство
До сих пор неизвестна точная дата рождения Семёна Ивановича Челюскина. На этот счет есть разные мнения. Например, историк и литературовед Н.М.Чернов (Москва) утверждает, что на основе имеющихся у него свидетельств будущий первопроходец родился приблизительно в 1704.
В Архиве древних актов мне удалось обнаружить документ, из которого косвенно можно установить, что Семён Челюскин родился около 1707. Эту архивную находку подтверждает и исследователь Борис Рихтер, который еще в 1938 в биографическом очерке писал: “По возвращении в Петербург (март 1743) 36-летний штурман в награду за свои подвиги был произведен в мичманы”. К сожалению, автор не ссылался на архивный источник.
Не установлено и место рождения Челюскина. Одни исследователи утверждают, что он родился в Москве, другие - в с.Борищево, что в Калужской губернии, но скорее всего - в одной из родовых усадеб Белевского уезда, что на Оке. Там семья поселилась в начале XVII в.
Образование
Впервые Челюскин прибыл в Москву на смотр дворянских недорослей летом 1714, а осенью его уже зачислили в Школу математических и навигацких наук. Поначалу его определили в класс русской грамоты. Здесь выявляли тех учеников, кто “прилежность и охоту имеют к наукам”. Через три года Челюскин перешел в “навигацкий класс”, где изучал алгебру, геометрию, географию. Преподаватель Леонтий Магницкий обучал воспитанников и началам астрономии: умению вычислять затмения Солнца, “подлинное время новолуния и полнолуния”.
В 1721 Семён Челюскин “получил аттестации в науке и в практике”, зарекомендовав себя, “как честному человеку надлежит, пробу дав в достоинстве штурманской должности и хорошем обхождении”.
Начало морской службы
В 1720-е годы Челюскин нес службу на кораблях Балтийского флота в должности “навигатора”, ученика штурмана и подштурмана. Вместе с тем он практиковался и в описании прибрежных участков Финского залива. По некоторым свидетельствам, он зарекомендовал себя знающим моряком: в 1727 подштурман Челюскин обучал гардемарин на Балтике. Тогда же он обзавелся семьей. Несмотря на то, что Семён постоянно нес нелегкую службу и находился в отрыве от дома, перспектив роста у него было мало: руководящие и доходные должности на кораблях занимали иностранцы, а в адмиралтейских кругах он не имел влиятельной поддержки.
17 апреля 1732 был подписан указ о снаряжении Великой Северной экспедиции под руководством В.Беринга. В конце января 1733 в Адмиралтейство был подан “список морских и адмиралтейских служителей, отправляющихся в Камчацкую экспедицию”.Одним из первых в нем числился подштурман Семён Челюскин. Вскоре его произвели в штурманы и направили в Екатеринбург – для “немедленного приготовления к судам припасов, вещей и артиллерии”. Столкнувшись с самоуправством местных должностных лиц, волокитой и бюрократизмом, будучи вынужден задержаться в городе, он, хотя и с большим трудом, но раздобыл все необходимое.
Среди офицеров флота в экспедицию отправлялся земляк и приятель Челюскина лейтенант Василий Прончищев. Ему предстояло возглавить отряд по исследованию северных берегов от Лены до Енисея. Лейтенант взял в свою команду энергичного штурмана.
В конце июня 1735 они уходили в неведомое и опасное плавание за Полярный круг, а спустя год Челюскин похоронил чету Прончищевых в вечной мерзлоте.
“Начатое свершиться должно”
Во время второй зимовки в Усть-Оленёке Челюскин хорошо обдумал обстоятельства предыдущих неудачных плаваний. Вместе с геодезистом Никифором Чекиным и двумя солдатами он выехал в Якутск, но Беринга там не застал. Отправляясь на Камчатку, командор оставил ему предписание: переслать в Адмиралтейство рапорт и оставшиеся материалы, а самому ждать дальнейших указаний из Петербурга.
23 февраля 1738 в Адмиралтействе “слушали доклад по полученному из Камчацкой экспедиции от штурмана Челюскина рапорту”. В частности, там говорилось, что если и далее “в определенной вояж следовать, то надлежит сделать малый ялбот”. Еще он убедительно просил доставить из Петербурга новые канаты и тросы, паруса и компасы, “в чем ныне недостаток есть”.
Маршрут дубель-шлюпа “Якуцк”. 1739 – 1740 гг. Вопреки распространившемуся среди морских офицеров мнению о тщетности продолжения плаваний в полярных широтах Челюскин высказался определенно: “Начатое свершиться должно”. Таков был девиз русских моряков.
Без малого два года провел Семён Иванович в Якутске. Исполняя обязанности командира отряда, Челюскин заботился о матросах и солдатах, входивших в экипаж корабля (их было более 40 человек). Характерно, что в предыдущем плавании команда отнеслась к штурману настороженно - уж больно горяч и суров. Но в Якутске многие поняли: за строгостью стоят доброта и требовательность по отношению к людям. Семён Иванович хорошо понимал, что возобновив экспедицию, они отправятся в плавание тем же составом. И успех предприятия во многом будет зависеть от них самих.
Пришла весна 1740. Челюскин начал кропотливую подготовку к плаванию: осматривал снасти, организовывал починку парусов. 13 июля вышли в очередной поход. В последний раз штурман управлял своим кораблем. Спустя месяц дубель-шлюп затерло дрейфующими льдами вблизи бухты Прончищевой. Было решено оставить “Якуцк” - “токмо бы людей спасти”. На лед сгрузили снаряжение и припасы. Сделали санки и пошли к берегу, преодолевая торосы. Построили две “юрты земляные”. Жили там до тех пор, пока не установился зимний путь.
Недоставало провианта. Помог енисейский промышленник Василий Сазоновский, доставивший 70 пудов муки. Через месяц, пройдя около 700 верст, пострадавшие от кораблекрушения “претерпевали великую трудность и едва не все одержимы были цынготною болезнию, от которой несколько служителей померло”, но достигли зимовья.
За 1741 партии штурмана С.Челюскина и лейтенанта Х.Лаптева описали берег между устьями рек Пясины и Нижней Таймыры.
Группа геодезиста Чекина обследовала часть восточного побережья полуострова. Оставался неисследованным, как тогда называли, Северный Таймурский мыс. Конец лета и осень провели в Туруханске. Шла кропотливая подготовка к съемке северной части Таймырского побережья. Выполнить эту трудную и опасную работу, судя по обнаруженным документам, мог только Челюскин.
24 сентября 1741 “штурману Семёну Челюскину на произвождение команды ево служителям” было выдано из казны 695 руб. 40 коп. - огромная по тому времени сумма. По предложению Семёна Ивановича большая часть этих средств пошла на выплату енисейским и туруханским служилым людям, которые бедствовали на севере полуострова и годами не получали ни хлебного, ни денежного жалованья.
“Сей мыс каменной, приярой”
5 декабря штурман Челюскин выехал с тремя солдатами из Туруханска к р.Хатанге. Для “походу” было собрано 40 собак и “пять нарт благонадежных к дальнему и неизвестному пути”. Через девять дней туруханские казаки Федор Копылов и Дементий Судаков отправили вниз по Енисею несколько собачьих нарт и оленьих упряжек с продовольствием. А 15 декабря по указу городничего Туруханска в помощь Челюскину выехали пять собачьих нарт и конная санная подвода.
Лаптев и Челюскин договорились так: штурман, достигнув северо-восточной части полуострова, повернет на запад, описывая побережье; лейтенант последует из Туруханска до устья Нижней Таймыры и далее на восток, ему навстречу.
Стояли суровые морозы - до –50°С, в стылом воздухе далеко разносился скрип полозьев. Совершали переходы по 30-40 вёрст в день. Челюскина сопровождали подвозчики на оленьих упряжках, через десять дней пути “олени пристали, некоторые на дороге остались”. Ориентируясь по звездам и компасу, пересекали Таймыр с юго-запада на северо-восток. 15 февраля 1742 по рекам Хете и Хатанге прибыли в обжитое Попигайское зимовье.
Изучая документы этого последнего похода, восхищаешься организаторскими способностями Челюскина, творческим отношением к делу. Пока енисейские служилые Дорофеев и Кылтасов подвозили провиант и корм для собак, штурман тщательно продумал все детали успешного продвижения на север.
В конце марта группа солдата Антона Фофанова повезла к морю провиант на трех нартах. Сам Челюскин отправился на север. Следом двинулись подвозчики-тавгийцы (так до начала XX в. называли нганасан) на 11 нартах, груженных кормом для собак. Еще одну группу - якута Никифора Фомина с девятью нартами и грузом собачьего корма он отправил в устье Нижней Таймыры, чтобы оттуда двинуться западным берегом на встречу с ним.
Челюскин отослал назад сопровождавших его каюров и на трех собачьих упряжках отправился вдоль побережья на северо-запад. На высоком берегу, у мыса св.Фаддея, штурман соорудил маяк. Дальше на север еще никто не проникал.
Челюскин продолжал вести наблюдения с особой тщательностью. Его путевой журнал, единственная копия которого хранится в Госархиве Военно-Морского Флота в Санкт-Петербурге, - замечательный документ, свидетельствующий о необычайном упорстве и выносливости штурмана. Лаконичны его указания на неблагоприятные погодные условия. Часты упоминания о крайнем изнурении собак, которым было гораздо тяжелее, чем людям. Ни слова о собственной усталости или проявлении страха, в записях не было места личным чувствам и переживаниям.
День за днем Челюскин вел съемку побережья. Выбирали подходящее место, доставали инструменты. Установив бревно, брали пеленги, измеряли расстояния специальными цепями. Переезжая на новое место, все начинали заново.
6 мая, при “погоде чистой и сиянии солнечном”, штурман вычислил географическую широту места - 77°27’. День был удачным: заметив медвежьи следы, 18 верст гнали собак и настигли четырех белых медведей. Метким выстрелом уложили одного, пополнив запасы провианта. На следующий день стало сумрачно, началась “поземная метель великая, что ничего не видно”. Палатка из оленьих шкур была плохой защитой. Даже под меховыми одеялами стужа становилась невыносимой.
Прошли сутки, пурга поутихла. Тронулись в путь, и через пять верст достигли мыса. Челюскин записал в путевом журнале обычные, но навсегда вошедшие в историю географических открытий слова: “Погода пасмурная, снег и туман. В пятом часу пополудни поехал в путь свой <>. Приехали к мысу. Сей мыс каменной, приярой, высоты средней, около оного льды глаткие и торосов нет. Здесь именован мною оный мыс: Восточный Северный. Поставил маяк - одно бревно, которое вез с собою”.
Мыс не произвел на штурмана впечатления: он отметил, что берег здесь очень низкий и песчаный, с “небольшим выгибом”. Отсюда Челюскин повернул на юго-запад. Лишь в 1919 г., спустя 177 лет после открытия, норвежский геофизик и океанограф Харальд Свердруп, научный руководитель экспедиции Р.Амундсена на шхуне “Мод”, установил, что именно этот невзрачный мыс и есть северная оконечность Евразии.
Только один час провел Челюскин в районе крайней северной точки материка. Небо было закрыто серыми низкими тучами. Изредка появлялось тусклое холодное солнце. Штурман указал в журнале, что, по его мнению, Северо-Восточный мыс окончился, и земля лежит от запада к югу. По западному берегу полуострова он направился на юго-запад, к устью Нижней Таймыры.
Лаптев еще в феврале 1742 ушел к устью Нижней Таймыры, чтобы оттуда следовать навстречу Челюскину. Но лейтенанту снова не хватило провизии. В начале мая Лаптев послал навстречу штурману солдата Тобольского гарнизона Константина Хорошева с грузом провианта, а сам вернулся обратно в Туруханск.
15 мая Челюскин съехался с Хорошевым, и они устремились на юг через тундру. В зимовье якута Никифора Фомина партию Челюскина ждал другой посланец Лаптева. 20 июля 1742 г. Семён Иванович Челюскин сделал последнюю запись: “Погода пасмурная, великий дождь. Сего числа пополудни в третьем часу прибыл я в город Мангазейск и явился в команду лейтенанта Харитона Лаптева”. Северный вояж, обессмертивший имя штурмана Челюскина, закончился.
По праву первооткрытия
Во время Великой Северной, или Второй Камчатской, экспедиции было сделано два основных открытия: Россия достигла Северной Америки (Аляски) и северной точки Евразии. И, как ни странно, первопроходец Челюскин не придал своему открытию никакого значения!
“Сколь же мне сведомо, - писал Ломоносов о работе Ленско-Енисейского отряда, - с востока от устья р.Лены поручик Харитон Лаптев мог дойти до 77 градусов, а всего мысу водяным ходом не окружили, однако по краям стоячего льду прошел при оном мысу мичман Челюсткин и везде видел стоячий лед, окружен торосом” . Эти слова М.В.Ломоносова из его труда “Краткое описание разных путешествий по северным морям и показание возможного проходу Сибирским океаном в Восточную Индию” лишь подтверждают роль Челюскина как первопроходца на Таймыре. Но“отправленные потом флота офицеры Чукотского носу не достигли”. Ломоносов и Челюскин полагали, что северная оконечность Евроазиатского материка - так называемый Табинский нос - находится где-то на Чукотке. К рукописи Михаил Васильевич приложил полярную карту, составленную им около 1763. На ней указан мыс, описанный Челюскиным, а на северо-востоке континента пунктирной линией обозначен уходящий к полюсу неисследованный “Чукотский нос”. Следовательно, и Челюскин, и Ломоносов не могли с уверенностью сказать, где находится северная оконечность “матерой земли”.
Итак, Челюскин сделал открытие, которое опередило географическую науку и время. Такова была его судьба: остаться в безвестности при жизни и навечно запечатлеться в памяти людей после смерти.
Столетие спустя, впервые после первопроходцев, по Таймыру путешествовал будущий российский академик А.Ф. Миддендорф. По его предложению северную оконечность Евразии стали именовать мысом Челюскина (с 1878 это название внесено в международную литературу и карты). “Как бы то ни было, - писал исследователь, - но если северо-восточный мыс получит имя Челюскина, то он сохранит это имя с честью. Челюскин не только единственное лицо, которому сто лет назад удалось достигнуть этого мыса и обогнуть его, но ему удался этот подвиг, не удавшийся другим, именно потому, что его личность была выше других. Челюскин, бесспорно, венец наших моряков, действовавших в том крае”. Исследователи Таймыра произвели подробную съемку и нанесли на карту все побережье и внутреннюю часть полуострова. Причем в отдельных местах измеряли даже склонения магнитной стрелки. Участники отряда отмечали полезные ископаемые в открытых горных отложениях. Проводили наблюдения за режимом рек, морскими течениями у берегов.
27 августа 1743 Лаптев представил в Адмиралтейство рапорт, журналы и “сочиненные морские карты”. Вскоре он приступил к обработке материалов и составлению генеральной “Морской карты описания берега Северного Ледовитого моря меж реками Лены и Енисея”. Огромный северный полуостров перестал быть таинственной землей.
В сентябре 1743 была подготовлена рукопись “Описание, содержащееся от флота лейтенанта Харитона Лаптева в Камчацкой экспедиции меж реками Лены и Енисея, в каком состоянии лежат реки и на них всех живущих промышленников состояние”. В литературе авторство этой работы причисляется только Х.Лаптеву. Но это далеко не так. Известно, что в ее основу легло “Описание берегов морских, рек и заливов Северного моря, начавшихся с реки Лены”, составленное в 1742 штурманом Семёном Челюскиным. Лаптев лишь обобщил те разнообразные сведения, которые собрали лейтенант Прончищев, штурман Челюскин, геодезист Чекин и другие участники экспедиции.
Это была работа, содержащая первые научные сведения о большой Таймырской земле. В рукописи приводится характеристика рек, берегов, островов, данные о глубинах, приливах и отливах, о состоянии льда и грунта, другие гидрографические сведения. В работе довольно полно описаны Лена и Оленёк, Анабара и Хатанга, Нижняя Таймыра и Пясина, Балахна и Енисей, тундра около оз. Таймыр; есть указания о границах произрастания лесов и их составе, о хлебопашестве, рыбных и пушных промыслах.
Интересны размышления “о мамонтовых рогах”. Их во множестве находили участники сухопутных поездок в тундре и на побережье. Причем и Челюскин, и Лаптев ошибочно думали, что мамонты - это морские животные, которые “есть и ныне в море Северном, на глубоких местах”. Любопытно то, что первопроходцы находили даже вымытых по речным берегам и сохранившихся в вечной мерзлоте “целых зверей мамонтов с обоими рогами; на них кожа толщиною в пять дюймов, а шерсть и тело истлелые”. Несомненно, обнаруженные ими экземпляры представляли большой научный интерес. Однако мы не знаем, привез ли в столицу руководитель отряда хотя бы некоторые фрагменты (например, бивни) давно исчезнувших животных.
В “Описании” уделяется место быту, нравам, суевериям народностей, населяющих полуостров, что представляет большой интерес для этнографов.
По возвращении в Петербург царский двор и Адмиралтейство не удостоили Челюскина “вознаграждением”. Ему пожаловали чин мичмана (первый офицерский чин на флоте) - только такой ли награды он был достоин? И потянулась морская служба на Балтике со скупым продвижением в чинах. Судьба не баловала Челюскина, как, впрочем, и многих других участников Великой Северной экспедиции. Не вспоминали о нем и бывшие соратники. Харитон Лаптев участвовал в составлении “генеральной карты Сибирским и Камчацким берегам”, командовал кораблями, под конец жизни был назначен главным интендантом по снабжению Балтийского флота.
В указе Адмиралтейств-коллегии от 18 декабря 1756 сказано “об отставке морского флота лейтенанта Семёна Челюскина с награждением морского капитана 3-го ранга”. Уволенный с флота “за болезнью и старостью”, с “пашпортом об отставке от всех дел”, Семён Иванович поселился с женой в небольшом имении в Алексинском уезде. Скоро он втянулся в нужды и заботы дворянина средней руки: беспокоился о приобретении новых поместий, судился с соседями, собирал подати с крестьян.
С отставкой первопроходца в полном неведении для будущих поколений закончилась его подвижническая жизнь. До сих пор была неизвестна дата его смерти.
В результате кропотливых поисков в фондах Поместного приказа Госархива древних актов мною найдена челобитная жены Челюскина, датированная мартом 1765 и обращенная к“Всепресветлейшей державнейшей великой государыне императрице Екатерине Алексеевне”. Далее читаем: “бьет челом вдова Аграфена Павлова дочь капитана-лейтенанта Семёнова жена Иванова сына Челюскина да отставной капитан Петр Семёнов сын Челюскин. В прошлом, 1764 г., в ноябре месяце, моего Аграфенинова мужа, а тоего Петрова отца вышереченного Семёна Ивановича Челюскина волею Божией не стало”.
Итак, первооткрыватель северной точки Старого Света Семён Иванович Челюскин умер в ноябре 1764 г.
Не установлено и место его погребения. Выскажу некоторые предположения. В челобитной вдова Челюскина сообщала, что после смерти мужа за ним остались недвижимые имения в следующих уездах: Лихвинском (ныне Чекалинский р-н Тульской обл.), Алексинском (Тульская обл.), Перемышльском (Калужская обл.) и Белевском. Несколько лет назад я побывал в деревнях и селах, которыми когда-то владел Челюскин. Пришел к выводу: наибольшая вероятность захоронения - с.Босарево, что на Оке, неподалеку от Алексина.
Окончательно разрешить эту загадку, видимо, по силам тульским и калужским краеведам. Источники: Богданов В.В. Штурман Челюскин. 2001г.

...В первые годы своей работы в Арктике я на себе узнал, как много требует от человека езда на нарте даже на малые расстояния. Связывать и развязывать сыромятные упряжные ремни, разминая голой рукой закостеневшие на морозе узлы, пережидать в пути непогоду- входит в круг дорожных будней путника. Часто приходится помогать собакам тащить нарту в гору или в вязком снегу, а то час за часом протаптывать дорогу. Сердце готово выскочить из груди, дыхание обморозило все лицо, и когда наконец препятствие преодолено, до самых костей пробирает мороз разгоряченного человека. Хорошо, если его через несколько дней ожидают жилье и отдых. Наши же герои продвигались в нехоженных местах, диких и пустынных. Трудно понять, как им удавалось находить дорогу. Даже если есть компас и известно название места, куда надо попасть, как взять без карты нужное направление и в конце многонедельного пути найти в снежной пустыне спрятанный в сугробе дом? О своих бедах и тревогах дорожных они не писали. Разгадку успеха надо, вероятно, искать в навыках и приемах, заимствованных у коренного населения. В основе своей оно было кочевым или, во всяком случае, проводило большую часть жизни в пути и на протяжении столетий накопило опыт, необходимый для ориентации в арктических просторах.
Объяснение это представляется убедительным, и все начинает казаться несложным и легкопреодолимым. Но только до тех пор, пока мы не представим себя вылезающими из спасительного снежного заноса, под которым пережидали вместе с собаками затянувшуюся пургу. Вся одежда просырела. Мороз за сорок. Надо непослушными руками откопать собак, запрячь их в уже поставленные на полозья нарты и сообразить, в какую сторону ехать. Это будни! Рабочие будни, которым нет места в отчетах и донесениях. Вернемся к последнему этапу героического пути Челюскина. В те времена еще не знали хронометров, секстанты не могли дать точных показаний, и надо удивляться относительно малым погрешностям составленных карт. Примитивность огнестрельного оружия не гарантировала успешной охоты на медведя. Топливом служил случайно найденный кусок плавника. Спичек еще не знали, и разжечь его просоленную, сырую древесину было целым делом. Отсутствовала связь. Не было ни медикаментов, ни специальных очков, и люди надолго выходили из строя, пораженные снежной слепотой. Помимо здоровья, требовались исключительная воля и настойчивость, чтобы преодолеть все трудности и довести дело до конца.
Особенно поражает маршрут Челюскина. Поражает настолько, что известный полярный исследователь Врангель, сам прошедший путь от Колымы на восток, усомнился в его реальности. Потребовалось опубликование путевого журнала Челюскина, чтобы рассеять все сомнения и опровергнуть скептиков.
Игорь Рубан. Из книги «Льды.Люди.Встречи»
Ру
·днев Все
·волод Фёдорович (1855-1913)
герой [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], контр-адмирал Российского Императорского Флота, командир знаменитого [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], под его командованием принявшего неравный [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]. В [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] Руднев был награждён японским [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]  в знак признания героизма русских моряков, став одним из первых русских (и вообще европейцев)[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], получившим этот орден.
В. Ф. Руднев родился в городе-крепости Динамюнде (ныне микрорайон [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] Даугавгрива). Род Рудневых, дворян Тульской губернии, с [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] владел имением у деревни Яцкой Ясенецкого стана [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] уезда (ныне [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]).
Учёба
В Любани Всеволод Руднев закончил [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ].
[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] Всеволод Руднев поступил [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] в [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] (в то время в Российской империи было только одно учебное заведение по подготовке офицеров [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]  Морское училище, бывший Морской кадетский корпус). В училище он содержался и обучался за счёт государства, в память боевых заслуг его.
На действительную службу Руднев поступил [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], во время учёбы в училище.
Весной [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] сдал выпускные экзамены на отлично и получил Нахимовскую премию. [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] этого года получил [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] «[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]» (с [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] по [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] звание гардемарина существовало как строевое, тогда как в остальное время гардемаринами называли воспитанников военно-морских учебных заведений).
Руднев был назначен на учебный фрегат «Петропавловск» [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]. С [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] по [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]  в заграничном учебном плавании. Это был первый дальний поход Всеволода Руднева. Кроме обязанностей [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], он нёс [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] вахту, на [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] обучаясь ремеслу моряка.
Дальнейшая служба
Руднев был хорошо аттестован командиром учебного [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] и [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] получил чин [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]. С [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]  Руднев служил на [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] «[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]». Командиром крейсера был капитан 1-го ранга [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]. Крейсер прибыл на [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], а затем совершил [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]. [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] Руднев стал командиром 7-й роты на крейсере. [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] ему присвоили звание [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]. Впоследствии Руднев написал об этом непростом походе книгу  «Кругосветное плавание крейсера „Африка“ в 18801883 годах».
В [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] Всеволод Фёдорович женился на Марии Николаевне Шван. Отец Марии, капитан 1-го ранга [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] был героем [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ].
C  [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]ы В. Ф. Руднев служил на кораблях Российского флота: «Пётр Великий». «[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]», «Котлин», «Работник», «[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]», «[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]», «Адмирал Грейг», «Выборг». «Чародейка». «[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]»,
С [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] по [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] «Император Николай I» находился в кругосветном плавании.
В декабре [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] Руднев стал командиром [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] «Гремящий», на которой он совершил своё первое самостоятельное кругосветное плавание. «Гремящий» отправился в плавание [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] и благополучно возвратился в Россию [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]. Следует отметить, что [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]  сравнительно небольшой корабль, кругосветное одиночное плавание на котором представляет определённую трудность.
Служба на Дальнем Востоке
В [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] в [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] проводились обширные работы по его модернизации: были проведены дноуглубительные работы на внутреннем рейде, перестроен и расширен сухой док, порт был электрифицирован, была укреплена береговая оборона.
В том же [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]-м Руднев становится старшим помощником командира порта в Порт-Артуре. В то время Порт-Артур был базой 1-й Тихоокеанской эскадры, основы силы Русского флота на [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]. Руднев не был рад своему назначению, но, тем не менее, он взялся за работу с энтузиазмом. В декабре [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] Руднев получил звание капитана 1-го ранга.
[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]
Крейсер «Варяг»
В декабре [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] вышел приказ по Морскому министерству, которым Всеволод Фёдорович Руднев был назначен командиром крейсера «Варяг». На «Варяг» Руднев пришёл уже опытным морским офицером, прошедшим службу на семнадцати кораблях и командовавший девятью, будучи участником трёх кругосветных путешествий, одно из которых он проделал в качестве командира судна.
Обстановка на Дальнем Востоке России ухудшалась. [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] форсировала усилия по подготовке к войне. Японцы сумели добиться немалого превосходства в силах над дальневосточной группировкой войск Российской империи.
Накануне войны «Варяг» распоряжением царского наместника на Дальнем Востоке генерал-адъютанта адмирала Е. И. Алексеева был направлен в нейтральный [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] порт Чемульпо (современный [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], рядом с корейской столицей [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]), в котором «Варяг» должен был охранять русскую миссию и нести обязанности старшего стационера на рейде.
26 января ([ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]) [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] японская эскадра остановилась на внешнем рейде залива. На внутреннем рейде были русские  крейсер «Варяг» и канонерская лодка[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], а также иностранные военные корабли.
Утром 27 января ([ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]) [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] Руднев получил ультиматум японского [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], объявлявший о том, что Япония и Россия находятся в состоянии войны. Японцы требовали от русских покинуть рейд до полудня, угрожая в противном случае открыть по ним огонь. Подобные действия в нейтральном порту явились бы нарушением международного права.
В. Ф. Руднев принял решение прорываться из залива. Перед строем офицеров и матросов крейсера он сообщил им об ультиматуме японцев и о своём решении. В частности, он сказал следующее:
Безусловно, мы идем на прорыв и вступим в бой с эскадрой, как бы она сильна ни была. Никаких вопросов о сдаче не может быть  мы не сдадим крейсер и самих себя и будем сражаться до последней возможности и до последней капли крови. Исполняйте каждый свои обязанности точно, спокойно, не торопясь. Особенно комендоры, помня, что каждый выстрел должен нанести вред неприятелю. В случае пожара тушить его без огласки, давая мне знать.
[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]
«Варяг» под японским огнём в бухте Чемульпо
Японская эскадра преградила путь в открытое море. В 11 часов 45 минут с крейсера [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], с расстояния 7000 м, раздался первый выстрел из 8-[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] орудия, а затем вся эскадра противника открыла огонь, в основном по «Варягу». Русские матросы и офицеры вели огонь по врагу, боролись с пробоинами и пожарами под мощным огнём противника. По сообщениям из разных источников, огнём с «Варяга» были повреждены японские крейсеры[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], «Чиода», «Такачихо», и потоплен один миноносец. «Варяг» вернулся в порт, имея сильный крен на один борт. Машины вышли из строя, порядка 40 % орудий было разбито. Было принято решение: снять команды с кораблей, крейсер затопить, канонерскую лодку взорвать, чтобы они не достались врагу. Решение было незамедлительно исполнено. Раненный в голову и контуженный Руднев последним покинул борт корабля.
Моряки «Варяга» и «Корейца» несколькими эшелонами вернулись на родину через нейтральные порты. Дома им устроили достойную встречу. Офицеры и матросы были награждены [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]. Капитан 1-го ранга В. Ф. Руднев был награждён орденом [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] 4-й степени, получил чин флигель-адъютанта и стал командиром эскадренного броненосца «Андрей Первозванный» (ещё только строившегося в Петербурге).
После окончания службы
В ноябре [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] Руднев отказался принять дисциплинарные меры против революционно настроенных матросов своего экипажа. Последствием этого было увольнение его в отставку с производством в контр-адмиралы.
В [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] в знак признания героизма русских моряков направил В. Ф. Рудневу [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] II степени. Руднев, хотя и принял орден, никогда его не надевал. Последние годы Всеволод Фёдорович жил в [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] в своей усадьбе в деревне Мышенки [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] уезда (сейчас [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]). [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] года В. Ф. Руднев умер (в возрасте 57 лет). Похоронен возле церкви Казанской Богоматери соседнего села [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] Заокского района [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ].
Память о Всеволоде Фёдоровиче Рудневе и крейсере «Варяг»
Подвиг экипажей крейсера «Варяг» и канонерской лодки «Кореец» вдохновил создателей нескольких песен. Но известность получили только две. Первая  «Варяг» («[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]»; музыка Ф. Богородского, стихи Я. Репнинского). Вторая  самая популярная  "[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] («Наверх, вы, товарищи, все по местам»; музыка[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ], стихи [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] в переводе с немецкого [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]).
Через 50 лет после подвига у Чемульпо оставшиеся в живых моряки «Варяга» были созваны распоряжением правительства [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] в Москве на торжества по этому случаю. Н. Г. Кузнецов, главком, адмирал флота, вручил пятнадцати героям медали «За отвагу». Позднее ещё 139 ветеранов с «Варяга» и «Корейца» правительство наградило орденами и медалями.
В [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] в [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] был снят фильм «[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]».
[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] в [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] был открыт памятник командиру легендарного крейсера «Варяг» В. Ф. Рудневу.
[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] в деревне [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] был открыт музей контр-адмирала В. Ф. Руднева, созданный научными сотрудниками Тульского областного краеведческого музея при содействии Центрального военно-морского музея, а также офицеров облвоенкомата.
[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] в селе [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] был открыт надгробный памятник В. Ф. Рудневу.
К 100-летию подвига крейсера «Варяг» [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] в селе [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] в специально построенном здании был открыт новый музей В. Ф. Руднева, филиал ГУК ТО «Объединение „Тульский областной историко-архитектурный и литературный музеи“»[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ].
В [ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ] есть улица и переулок Руднева











Кремер Борис Александрович
(1908-1976)
«Бороться и искать, найти и не сдаваться» - девиз выдающийся советский исследователя Арктики, географа и метеоролога. Борис Александрович родился в деревне Новая Колпна (ныне Щекино). Сын учителя. Подростком остался без родителей: в 1921 г. умерла мать, а вскоре от тифа - отец. Жил впроголодь, работал откатчиком вагонеток на щекинской шахте. Потом переехал в Москву, к старшему брату. Перепробовал разные профессии: подсобного рабочего на стройке, грузчика на железнодорожной станции, строгальщика по металлу. К моменту своей встречи с Арктикой он успел поработать в подмосковном угольной шахте, на сталичном заводе, в геологической экспедиции в Крыму, в Московской метереологической обсерватории. Уже взрослым окончил среднюю школу. Кремер пристрастился к чтению полярной литературы. Кумиром его стал великий Ф. Нансен.
Молодежь во все времена стремилась к подвигам и необыкновенным приключениям. После челюскинской ледовой эпопеи в Главное управление Северного морского пути хлынул поток писем и заявлений от желающих принять участие в освоении Арктики. Весной 1935 г. в "штаб Арктики" на улице Разина в Москве пришел и метеоролог Борис Кремер. Его профессия оказалась нужной, и вскоре Кремера назначили на полярную станцию Бухта Прончищевой на Таймыре. Однако его первый полярный маршрут внезапно изменился. Однажды в комнату, где Кремер работал в ожидании отъезда на Таймыр, вошел высокий сухощавый человек и начал горячо говорить о чем - то с начальником метеоотдела. Наконец до слуха Кремера долетели слова его начальника: "Тогда я рекомендую вам вот его". Незнакомец оглядел метеоролога, задумался на мгновение и предложил:
- Пойдем потолкуем в укромном уголке...
Они прошли на темную лестницу, ведущую на чердак, и там, сидя на ступеньках, долго проговорили.
- Вижу, бог не обидел тебя ростом и мускулами, - говорил незнакомец.- Но для Арктики этого мало. Там люди живут по принципу "все делай сам". Что умеешь делать, кроме своих наблюдений?
Кремер кратко рассказал о себе.
Незнакомец слушал внимательно, не перебивал. Наконец сказал, (обращаясь уже на "вы"):
- Я еду начальником полярной станции на мыс Оловянный на Северной Земле, вы мне подходите, я вас возьму...
Когда переговоры закончились, Кремер спросил в отделе, кто это был.
- Кренкель, - ответили ему.
Так состоялось знакомство Кремера со знаменитым полярным радистом, героем челюскинской эпопеи и будущим папанинцем Эрнстом Теодоровичем Кренкелем.
Зимовка на Северной Земле стала для Кремера первой и главной школой полярного опыта. Э. Кренкель впоследствии писал в своих воспоминаниях: "У летчиков есть выражение: "вывозить" молодого летчика - это когда опытный пилот демонстрирует в действии новичку новый, неизвестный ему самолет. Так и я "вывозил" Кремера и поэтому считаю себя его полярным крестным отцом".
На станции Мыс Оловянный их зимовало четверо. Романтика, конечно, была: полярная ночь и всполохи северного сияния, пурга и морозы, встречи с белыми медведями и охота на морского зверя, полное безлюдье на тысячи километров вокруг. Но главным оставался труд. Для метеоролога Кремера это были не только записи показаний приборов четыре раза в сутки (а иногда, по требованиям авиации и капитанов кораблей, - и ежечасно), но и множество других дел: от топки печи и приготовления обеда до сапожного ремесла. А главное, нужно было всегда оставаться хорошим, надежным товарищем, управлять своим настроением, обладать стойким чувством юмора. Выяснилось, что метеоролог Кремер в полной мере наделен этими качествами.
Весной 1936 г. забот на зимовке прибавилось; было решено расконсервировать полярную станцию на острове Домашнем. 31 марта Кренкель и механик Мехреньгин перебрались туда на самолетах и уже через несколько дней вышли в эфир, передав первые сводки погоды. На мысе Оловянном остались Кремер и радист Голубев. Обязанности, рассчитанные на четверых, теперь легли на плечи двоих. Трудно было на мысе Оловянном, еще труднее - на Домашнем: Кренкель и Мехреньгин долго скрывали, что больны цингой. Но настал день, когда с Домашнего передали в эфир: "Привет от Зандера". Это означало: "Погибаем от цинги". Осенью 1936 г. больные были сняты с Северной Земли. Но пришедший за ними ледокольный пароход "Сибиряков" не смог пробиться к станции Мыс Оловянный. Кремер и Голубев остались на вторую зимовку.
Весной 1937 г. за ними прилетел самолет, но полярники отказались покинуть свой пост. "Не за горами весна, - заявил Кремер.- Мы не можем закрыть зимовку и лишить капитанов и пилотов наших сводок. Наберемся терпения, дождемся смены, сдадим ей станцию чин по чину и тогда уж с чистой совестью уедем домой".
Осенью 1937 г. Кремер возвратился с Северной Земли опытным, видавшим виды полярником. Вскоре его назначают начальником крупной полярной станции Бухта Тихая на Земле Франца - Иосифа. Два года на этой самой северной в мире станции были временем напряженной работы по обеспечению походов советских ледоколов, полетов полярных летчиков.
Осенью 1940 г. Кремер вернулся на Большую землю и взял отпуск сразу за четыре года. Однако в начале 1941 г. его отозвали из отпуска и поручили возглавить новую станцию Мыс Арктический на северной оконечности Северной Земли. Там его вместе с двумя другими зимовщиками застала война. В сентябре 1941 г. их перебросили на остров Домашний.
Летом 1942 г. война докатилась и до отдаленных районов Арктики. Фашистские корабли огнем артиллерии уничтожили полярные станции Мыс Желания, Остров Уединения, пытались овладеть Диксоном. В неравном бою с тяжелым немецким крейсером погиб ледокол "Сибиряков", шедший к Северной Земле со сменой зимовщиков на борту.
К тому времени у группы Кремера уже были на исходе продукты и топливо. Лишь глубокой осенью 1942 г. к острову Домашнему пробился самолет летчика Черевичного. Однако сброшенный им контейнер разбился о камни. Зимовщики остались без припасов и жили случайной охотой. К весне 1943 г. их поразила цинга. В марте умер механик И. И. Шенцов. Двое оставшихся, превозмогая болезнь, несли круглосуточную вахту и регулярно передавали сводки на Большую землю. Лишь осенью 1943 г. их вывез на Диксон летчик А. Т. Стрельцов. Испытание, продолжавшееся два года, завершилось.
Уже через несколько месяцев Кремер прибыл к месту нового назначения - полярную станцию Уэлен на Чукотке.
Шли годы, одна зимовка сменяла другую. Мыс Челюскин, бухта Провидения... В 50-60- х годах Борис Александрович работал в Москве, возглавляя все полярные станции страны. Выйдя в 1968 г. на пенсию, он посвятил себя общественной деятельности.
Его влюбленность в Север носила поэтически - самоотверженный характер. Все связанное с Арктикой всегда касалось его лично. Однажды на заседание в Географическом обществе Борис Александрович пришел больным. Старые друзья принялись журить его за нарушение режима. Кремер, отмахиваясь от них, отвечал:
- Как же я могу усидеть дома, когда люди собираются, чтобы поговорить об Арктике?
Он скончался в январе 1976 г. Согласно завещанию, урна с прахом почетного полярника Бориса Александровича Кремера захоронена на Северной Земле. На надгробном памятнике высечены слова: " Бороться и искать" Этому девизу Кремер следовал всю жизнь.
Имя нашего земляка увековечено на карте: безымянный мыс на Северной Земле назван теперь мысом Кремера.
Д. М. Романов







Толстиков Евгегий Иванович
(1913-1988)
Полюс Северный, полюс Южный...
В ряду замечательных полярных исследователей достойное место принадлежит нашему земляку Е. И. Толстикову.
Когда в 1930 г. 17- летний Евгений Толстиков окончил 13-ю среднюю школу Тулы, он еще не ответил себе на известный вопрос юности: "Кем быть?" Решил идти на оружейный завод. Физически крепкий, смышленый и общительный паренек быстро вошел в рабочий коллектив, овладел специальностями слесаря - моториста и токаря. В 18 лет он стал ударником и уже учил токарному делу других ребят. Свободное время отдавал спорту: увлекался баскетболом и волейболом, защищал честь Тулы в составе сборной по водному поло. Любил велосипед и нередко совершал поездки в Ясную Поляну. Три года работал Евгений Толстиков на оружейном заводе, который стал отличной жизненной школой для будущего полярного исследователя.
У каждой эпохи есть свои любимые герои, ими грезят мальчишки, по их пути идут самые смелые парни. В 30- х годах такими кумирами были полярники; вся страна с волнением следила тогда за освоением Северного морского пути. В 1932 г. мир облетело известие, что советский ледокольный пароход "Сибиряков" впервые в истории прошел за одну навигацию из Атлантического океана в Тихий через льды Арктики. Имена академика Шмидта, капитана Воронина, профессора Визе не сходили со страниц газет и журналов. В том году Евгений Толстиков окончательно решил, что должен стать полярником. Вскоре мечта начала осуществляться: его приняли в Московский гидрометеорологический институт.
Заводская закалка сразу дала себя знать - Толстикова избрали старостой студенческой группы, и он проявил себя как способный организатор. Учился хорошо, диплом защитил на отлично.
"В 1937 году, - вспоминал Евгений Иванович, - после окончания института я поехал работать на далекую Чукотку, на полярную станцию Мыс Шмидта. Почему я туда поехал? При защите диплома меня рекомендовали в аспирантуру. Я мог бы остаться в Москве, но меня влекла жажда путешествий, работа в трудных условиях, новые места, Арктика".
На Чукотку Толстиков поехал не один: вместе с ним отправилась его жена Нина, тоже синоптик. Семь лет зимовали они на полярной станции, изо дня в день в строго определенные часы выполняя одну и ту же, казалось бы, однообразную, но очень нужную работу метеоролога. В Арктике синоптик - первый человек, "бог погоды", от него зависят, на него возлагают надежды люди самых разных профессий. В годы войны синоптики обслуживали не только проводку судов в восточной Арктике, но и воздушный мост СССР - США, имевший большое военное значение.
В 1945 г. Е. И. Толстиков защитил в Ленинграде диссертацию по материалам своих семилетних наблюдений за атмосферными процессами в восточном секторе Арктики.
После войны полярные исследования развернулись с новой силой. В 1946-1953 гг. Толстиков участвует в нескольких экспедициях на ледоколах и самолетах, совершает посадки на лед в центральной Арктике и быстро выдвигается в число ведущих советских полярников. В 1954 г. он назначается начальником дрейфующей станции Северный Полюс -4.
Одновременный дрейф СП -3 и СП -4 проходил в сложных условиях постоянного торошения льда, образования опасных для лагеря трещин. Выполнение программы научных исследований требовало от полярников большого мужества, предельного напряжения сил. Однако систематически велись метеорологические наблюдения, запускались радиозонды и шары - пилоты, определялись глубина океана, направление и скорость течений, температура и химический состав воды. Регулярно пополнялась коллекция образцов донных пород и морских организмов. Больше всего неожиданностей приносили сведения о направлении и скорости дрейфа: льдина двигалась по сложной ломаной линии, не только перемещалась, но и вращалась, что нередко озадачивало наблюдателей: им казалось, что ветер неожиданно менял направление.
За год станция СП -4 прошла более 2600 километров.
За мужество, выдержку и находчивость начальнику СП -4 Евгению Ивановичу Толстикову было присвоено звание Героя Советского Союза.
В 1957 г. его назначили начальником Третьей Советской Антарктической экспедиции. Задачи экспедиции были сложны и многообразны: продолжение работ по программе Международного геофизического года, организация и строительство станции Советской в районе Полюса относительной недоступности Антарктиды, организации круглогодичной работы станций Восток и Комсомольская, изучение внутренних районов шестого континента.
В ноябре 1957 г. дизель - электроход "Обь" доставил в Антарктиду участников экспедиции и 3600 тонн грузов. Разгрузка продолжалась целый месяц: "Обь" не могла подойти к берегу, снаряжение перевозилось тракторами через ледовый припай шириной 33 километра. Однажды шторм взломал припай, часть грузов оказалась на разных льдинах, утонули самолет, трактор, несколько саней. К счастью, люди не пострадали. Лишь в конце декабря экспедиция развернула свою работу.
23 декабря Е. И. Толстиков с небольшой группой ученых вылетел в разведывательный полет к Полюсу недоступности. Через восемь часов самолет летчика В. М. Перова достиг цели, сделал круг над Полюсом и повернул к Мирному.
До начала зимы произвели смену зимовщиков на внутриконтинентальных станциях Пионерская, Комсомольская и Восток, основали новую станцию Советская. Санно - тракторный поезд доставил на все станции грузы, пройдя за 69 дней около 4000 километров. В конце апреля наступила полярная ночь. 25 августа были зарегистрированы самые низкие температуры из когда - либо наблюдавшихся на Земле: на станции Комсомольская - минус 81, на станции Восток - минус 87, 4.
С наступлением весны, в октябре, к Полюсу недоступности вышел санно - тракторный поезд во главе с Е. И. Толстиковым. Через полтора месяца, пройдя более двух тысяч километров по снежной целине, поезд прибыл в заветную точку, сердце Антарктиды. Здесь советские полярники создали временную станцию Полюс недоступности, установили бюст В. И. Ленина и подняли Государственный флаг СССР. Две недели на станции проводились научные наблюдения, после чего поезд вышел в обратный путь.
Поход к Полюсу недоступности вошел в летопись подвигов советских полярников: он проходил на больших высотах (до 4000 метров над уровнем океана), при сильных морозах и разреженном воздухе, ознаменовался рядом крупных географических открытий. Главным результатом этого похода явилось выяснение мощности ледового покрова и рельефа его ложа. Толщина льда определялась сейсмическим зондированием и оказалась огромной - до 3770 метров. Между станцией Советской и Полюсом недоступности был обнаружен подо льдом горный массив высотой около 3000 метров над уровнем океана.
В том же 1958 г. Е. И. Толстиков возглавил первый в истории советской авиации трансконтинентальный перелет через Южный географический полюс. Самолет вылетел из Мирного, прошел над Южным полюсом, пересек Антарктиду и через 13 часов 55 минут приземлился на американской научной станции Мак - Мердо. Во время полета ученые произвели ряд наблюдений, в том числе составили профиль рельефа Антарктиды по всему маршруту.
Последние месяцы работы Третьей Антарктической экспедиции памятны спасением бельгийских полярников. 11 декабря 1958 г. в Мирном было получено тревожное сообщение с бельгийской станции Бодуэн о том, что в районе Кристальных гор пропал самолет, а отправленный на его поиски спасательный вездеход провалился в трещину. Из Мирного немедленно вылетел самолет на помощь бельгийцам. Через четыре дня упорных поисков советские летчики нашли потерпевший аварию самолет, а вскоре обнаружили и его экипаж, направлявшийся пешком на станцию Бодуэн. Е. И. Толстиков и все участники спасательной операции были награждены бельгийскими орденами.
В последующие годы Евгений Иванович Толстиков работает заместителем председателя Государственного комитета Совета Министров СССР по гидрометеорологии и контролю природной среды. Он возглавляет научные работы в Арктике и Антарктиде, в морях и океанах. Под его редакцией вышли два тома Атласа Антарктики, обобщившего результаты советских исследований ледового континента. За этот труд доктор географических наук. И. Толстиков удостоен Государственной премии СССР.
В 67 лет Евгений Иванович вновь побывал в Антарктиде. На этот раз он возглавил воздушную экспедицию на самолете ИЛ -18, которая ставила своей задачей выяснить возможность организации воздушного моста СССР - Антарктида и посадки тяжелых самолетов на снежно - ледовые аэродромы. Теоретические расчеты показывали, что посадка ИЛ -18 на уплотненный и укатанный снежный фирн возможна.
10 февраля 1980 г. самолет поднялся с аэродрома Внуково и взял курс на Антарктиду. В пути сделали посадки в Одессе, Каире, Адене и Мапуту. 13 февраля вышли на участок маршрута, где еще никогда не летал самолет. Прошли ревущие сороковые широты и вскоре через разрывы в облаках увидели айсберги. Самолет приближался к станции Молодежной. Наступил самый ответственный момент - выдержит ли посадочная полоса, не зароется ли самолет в снег? Командир самолета Е. П. Бунчин уверенно идет на посадку. Еще минуты - и многотонный колесный самолет садится, не оставляя даже следов на уплотненном фирне. Быстро подают трап, и у машины открывается митинг полярников. Все возбуждены: путь от Москвы до Антарктиды занял три дня с остановками, 27 летных часов, тогда как морской переход занимает 60-80 суток!
Из Молодежной ИЛ -18 совершил перелет к Южному географическому полюсу и обратно через самое высокое место ледового материка - плато Советское (до 4000 метров над уровнем океана). Во время этого полета участники экспедиции выполнили комплекс наблюдений и открыли выходы коренных горных пород на куполе Антарктиды.
23 февраля 1980 г. самолет вернулся в Москву, преодолев расстояние 45 660 километров, из них 10 тысяч - над Антарктидой.
"Я дважды побывал на самолетах над Полюсом относительной недоступности и Южным географическим полюсом, - писал Е. И. Толстиков.- Ходил ногами по обоим полюсам. А раз такое возможно, значит, шестой континент основательно изучен и освоен. Теперь можно говорить о еще более глубоком его изучении и хозяйственном освоении".

Умер Евгений Иванович в 1988 г.
Д. М. Романов











Первая карта Ямала

Маршрут дубель-шлюпа “Якуцк”. 1739 – 1740 гг.

Санный маршрут отряда Х.Лаптева на Таймыре.




Приложенные файлы

  • doc 23645381
    Размер файла: 2 MB Загрузок: 0

Добавить комментарий